Растительность и флора окрестностей пос. Марково☛Природа ✎ |
Несмотря на существование ряда ботанико-географических работ по бассейну р. Анадырь, нет ни одного опубликованного флористического списка, отвечающего представлению о конкретной флоре. Отсутствуют и ботанико-географические характеристики сравнительно небольших пространств. Геоботаничсский принцип исследования (описание ассоциаций с указанием их распространения), применяемый на крупных территориях, обычно создает неполное представление о каком-либо местном ботаническом '(растительном) ландшафте. Кроме того, геоботанические описания обычно не включают всю флору, так как часть видов обнаруживается в нехарактерных или редких сообществах, не представляющих интереса с геоботанической точки зрения.
Район пос. Маоково представляет в ботанико-географическом отношении значительный интерес, так как находится близ границы таежной зоны и Арктики. Географическое положение и характер ландшафта района позволяют ставить и обсуждать такие теоретические вопросы, как «соотношение и взаимовлияние растительности и флоры», «отношение жизненных форм и фиюмассы», «ландшафтная структура флоры» и др., а также сделать ряд выводов по формированию флоры Северо-Востока и палеогеографии вообще. Наши исследования проводились с 30 июля по 11 августа 1974 г. Маршрутами были охвачены окрестности пос. Марково в радиусе 5 км (включая левобережье Анадыря) и водораздел вдоль Анадыря (10 км), на Юкагирскую сопку (18 км) от р. Мамолина до предгорьев хребта Русский (более 10 км). Обследованная площадь составляет приблизительно 350 км2.
Рельеф и климат. Пос. Марково находится в среднем течении р. Анадырь, в 300 км от побережья Анадырского залива, в широкой марковской впадине, со всех сторон закрытой горными хребтами. Впадину выстилают рыхлые озерно-аллювиальные отложения. Рельеф днища впадины равнинный, со множеством долин отмерших речек, стариц и проток, с отметками порядка 5—7 м над уровнем Анадыря в межень.
Частично обводненные (с вытянутыми озерками) долинки представляют особенность местного ландшафта и имеют местное название «куйлы». Равнина представляет собой первую надпойменную террасу Анадыря, испытавшую легкое повышение при удалении от реки. По Н. А. Граве и Р. М. Саркисяну 71951 г.), террасу слагают песчано-галечниковые отложения мощностью свыше 15 м. Вечная мерзлота залегает на глубине 1,2 — 2,5 м и имеет островной характер распространения. Кроме того, на глубине от 0,5 до 1,0 м обнаруживаются остатки зимней мерзлоты и ее перелетки в виде прослоек мощностью от 10—20 до 50 см. В предгорьях мерзлота имеет сплошное распространение, а на расстоянии 1—2 ,км от реки по обе стороны отсутствует вовсе. По сообщению В. С. Тархова, вечная мерзлота залегает близ дневной поверхности в а левобережье Анадыря, где имеются сфагновые и кочкарные болотные участки.
Климат в марковской впадине резко континентальный. Годовой перепад среднемесячных температур 41—42°, абсолютных (экстремальных) — 90°; на почве годовой перепад среднемесячных температур 45—46°, абсолютных 63°. Зимой нередки морозы до — 50°, а летом обычно держится устойчивое тепло с температурой воздуха выше 25°. Сильных ветров практически не бывает ни зимой, ни летом. С Анадырского залива ветры сюда не проникают, поэтому преобладает безоблачная погода. Основной причиной этого, по-видимому, является устойчивый антициклональный режим марковской впадины, а не укрытие ее горами. Здесь мы имеем автокоррелятивную связь рельефа и климата, что хорошо видно из сопоставления климата пос. Марково и низовьев Анадыря. Кстати, именно физико-географическая и, в частности, климатическая дифференциация различных пунктов является методологической основой для сопоставления особенностей растительного покрова сравнительно небольших территорий.
Продолжительность периода с положительными температурами в пос. Марково такая же, как в г. Анадырь, и немного большая, чем в пос. Эгвекинот (соответственно 130, 128 и 122 дня). Однако нарастание температур в Марково происходит значительно быстрее, чем в приморских пунктах. Период со среднесуточной температурой выше 10° начинается уже в середине июня, тогда как в Анадыре — в начале июля. Дневные летние, температуры в Марково достигают 30°, число дней без солнца в году здесь 115- (из них только 10 дней в три летних месяца), в Анадыре 163в Эгвекиноте 156 (из них 27 в три летних месяца). Отсюда сумма эффективных температур года в Марково составляет 600, тогда как в Анадыре 365, а в Эгвекиноте 253.
Осадков в Марково выпадает менее 350 мм, приблизительно поровну в холодное и теплое время года. Рыхлость субстрата и отсутствие мерзлоты способствуют просачиванию влаги вглубь и накапливанию грунтовых вод. Водоупорные пласты грунта залегают неглубоко и обеспечивают большую или меньшую обводненность различных понижений. На береговых откосах иногда можно видеть ключи или выпоты. Некоторые ручьи существуют благодаря выходам подземных вод. Циркуляция этих вод, в свою очередь, не способствует образованию вечной мерзлоты. Быстрое просачивание летних осадков в почву в условиях резко континентального климата препятствует их испарению, поэтому все возвышенные участки характеризуются сухостью.
Таким образом, континентальноеть климата в районе Марково складывается из взаимодействия целого ряда факторов, и в том числе почвенно-гидрологического. Главным же фактором в комплексном показателе континентальное™ климата остается температурный. Существует значительная амплитуда суточных температур. Так, спустившись вечером с горы в распадок, попадешь в область холодного воздуха, стекшего по склону. Поздно вечером над низинами висит радиационный туман. По утрам выпадает роса.
Зональная принадлежность района пос. Марково. С. А. Ракита (1970) на схеме физико-географического районирования относит среднее течение Анадыря к «берингийской лесотундре» — крупнокустарниковой тундре с островами пойменных лиственничных и смешанных лесов. Эта точка зрения близка представлениям А. И. Лескова (1947), отраженным на карте «Геоботанического районирования СССР». Река Анадырь, кроме самых низовьев, на этой карте находится в лесотундровой области (за пределами Арктики). Аналогично отграничивают тундру от лесотундры и зоогеографы (Кищинский, 1970). Поэтому объединение А. Т. Реутт (1970) марковской впадины и низовьев Анадыря в один район неправильно. К лесотундровой зоне марков скую впадину относит Г. Ф. Стариков (1958), понимая под лесотундрой растительность с основным фоном — кустарниковым, подгольцовым. Этот фон представлен кустарникообразными лесами из кедрового стланика и ольхи стланиковой. Согласно В. Б. Сочаве (1956), кедровниковые заросли относятся к темнохвойному таежному типу растительности. Такова же точка зрения Б. П. Колесникова (1961), который показывает северную границу лесотундры с некоторым запасом, граница проводится им по краевым форпостам долинных массивов леса. Такой подход вряд ли можно признать удачным, однако нельзя согласиться и с В. Н. Васильевым (1956) на тот счет, что долинные заросли кустарников и островки леса — азональное явление. Анадырские леса и юконские леса на Аляске представляют собой явление одного порядка и безусловно зональное, так как расположены на одной широте и в сходном ландшафтном окружении.
Из обзорной статьи Б. Н. Норина следует, что многие авторы относят марковскую впадину к лесотундровой, зоне. Вместе с тем зональная характеристика этой территории вызывает некоторые неясности, потому что северо-восточная лесотундра существенно отличается от европейской и западносибирской лесотундры. Последнее вызвало стремление ряда авторов рассматривать северо-восточную лесотундру как особый ее вариант.
Согласно А. П. Васьковскому (1958), наш район расположен в подзоне «инфратундры», т. е. к северо-востоку от границы распространения лиственницы, но южнее границы распространения ольховника. «Инфратундра» делится этим автором на полосы: уремотундру, кедротундру и ольхотундру. Однако в среднем течении Анадыря такое деление является скорее топологическим, чем ботанико-географическим, если принимать гольцовую растительность за тундровую. Происхождение «инфратундры» А. П. Васьковский объясняет редукцией древесного яруса. Первоначальное положение «инфратундры» «ниже горной тундры и выше горной лесотундры». Отсюда следует, что горная тундра, или гольцы, не относится к «инфратундре», в понимании А. П. Васьковского, хотя фрагменты сниженной гольцовой растительности (или гольцовые элементарные ландшафты в смысле Б. Б. Полынова, вероятно, вошли в нее в качестве составляющей. С другой стороны, горное происхождение «инфратундры» не согласуется с «уремотундрой» — одной из полос «инфратундры», поскольку рощи
тополя и чозении не встречаются на склонах гор. Поэтому «уремо- тундра» как единица зонального деления, противопоставляемая кедро- и ольхотундре, вызывает сомнение.
Рощи тополя и чозении (особенно последней) есть и в области распространения стланика и за пределами его ареала, в области распространения массивов ольховника.
