Моховые тундры

Моховые тундры часто имеют торфяные и торфянистые почвы, но нередки и грубогумусные варианты. К их числу относятся некоторые сообщества с Rhododendron aureum и эутрофные влажные тундры. Характерным примером рододендровой кустарничково-моховой тундры (покрытие 100%) служит растительность широкой западины в верхней части северо-западного склона мыса Обсервация; мощность моховой дернины здесь более 15 см; видовой набор включает: Rhododendron aureum, Vaccinium uliginosum, V. vitis-idaea, Betula exilis, Cassiope tetragona, Ledum decumbens, Parrya nudicaulis, Nar- dosmia frigida, Diapensia obovata, Salix glauca, Pedicularis Iangsdorffii, Carex podocarpa, Hierochloe alpina. Polygonum tripterocarpum. В конце июня в этой западине сохранялся остаток снежника.

Примером эутрофных тундр является состав видов осоково-кустарничково-моховой тундры (покрытие 95%) в средней части ската увала (мыс Обсервация) юго-восточной экспозиции (на скате имеются бугорки и небольшие голые пятна суглинка): Salix reticulata, S. pulchra, S. glauca, Dryas odopetala, Hedysarum obscurum, Cerastium beeringianum ssp. bjalinickii, Carex Iugens, C. fuscidula, C. algida, Eriophorum callitrix, Juncus castaneus, Vaccinium uliginosum, Equise- tum arvense, Saxifraga hieracifolia, S. nelsoniana, Luzula nivalis, L. tundri- cola, L. multiflora, Polygonum viviparum, P. bistorta ssp. ellipticum, Empetrum nigrum, Eutrema edwardsii, Rhododendron parvifolium, Poa arctica, Pedicularis capitata, P. albolabiai-i, Potentilla uniflora, Betula exilis, Nardosmia frigida, Oxytropis maydelliana. Такое свойство субстрат приобретает в результате морозного пучения грунта.

Обилие хорошо гумусированных разностей почв на Чукотке характерно для районов с океаническим или переходным к коитинентальному климатом. В резко континентальных районах участки с гумусированными почвами редки. В окрестностях пос. Шахтерский Процесс гумификации субстрата происходит и на сухих и на влажных участках. При улучшении дренажа торфянистые почвы трансформируются в гумусные. На хорошо дренируемых участках мощный гумусный горизонт образуется под действием сомкнутой растительности (кустарничково-моховой с разнотравьем, сухих ерников, мезофитных луговин, дриадовых эутрофных тундр из Dryas crenulata + разнотравье и др.). Залужение тундр вследствие антропогенного влияния происходит прежде всего из-за усиления гумификации торфянистых почв при улучшении их аэрации.

Нарушение поверхностного слоя сухих грунтов также улучшает аэрацию почв и таким образом способствует почвообразованию и развитию растительности. В местах давнего и незначительного нарушения поверхности грунта флористический состав обогащен и включает уникальные для района виды. В дриадово-луговинной тундре на южном склоне холма с отметкой 150 м с голыми антропогенными пятнами отмечены следующие виды: Salix glauca, S. phlebophylla, Dry2s octope- lala, Silene repens, Aster alpinus, Senecio resedifolius, Carex nesophila C. scirpoides, C. ledebouriana, C. supina ssp. spaniocarpa Silene acau- lis, Phlojodicarpus villosus, Empetrum nigrum, Festuca altaica, F. brachyphylla, F. auriculata, F. lenensis Arenaria capillaris, Rhododendron camtschaticum, R. parvifolium, Kobresia bellardii, Artemisia glomerata, Draba nivalis, Aconitum delphinifolium ssp. anadyrense, Poa glauca, Lloydia serotina, Campanula uniflora Androsace septentrionalis, Minuartia arctica, Dianthus repens, Selaginella sibirica. На сусликовине — заросль Calamagrostis sesquiflora.

Из пяти видов, редчайших в окрестностях Анадыря, Carex supina характерна на Чукотке для степоидов, Carex nesophila — для щебни стых кислых тундр, a Calamagrostis sesquiflora достигает северо-восточного предела своего распространения.

Среди урочищ одного района мезоклимат речных долин наиболее континентален. Это согласуется с законом Воейкова, по которому, согласно С. П. Хромову (1968), на выпуклых формах рельефа местности (на вершинах и на склонах гор и холмов) суточная амплитуда температур воздуха уменьшена в сравнении с равнинной местностью, а в вогнутых формах рельефа (в долинках, оврагах и лощинах) — увеличена. В районах с выраженным влиянием ветров с моря этот закон нарушается вследствие залеживания в долинах рек крупных ленточных снежников, на стаивание которых уходит много тепла. Нередко такая ситуация имеет место лишь в нижней части долины, близкой к морю, с чем мы и сталкиваемся в долине речки, текущей с хребта Золотой близ пос. Шахтерский.

При повышении днища долины снежники в ней исчезают, а появляются мощные заросли Salix alaxensis, к которой примешиваются S. krylovii, S. pulchra var a-nadyrensis, единичная S. boganidensis, Alnus fruticosa (крупные кусты) и Rhododendron aureum. Под ивняками — разреженное мезофитное разнотравье. По внешнему краю ивняков расположены луговины, на которых обилен Trollius chartosepa« lus — вид резко континентальных районов Чукотки. Луговины, где обычны Anemone sibirica, Valeriana capitata, Polemonium acutiflo:um и др., сменяются кустарничковыми сообществами в направлении к склону, на дне долины появляются вновь.

На сырых речных галечниках обычны Caltha violacea, Ranunculus sulphureus, Descharnpsia sukatschewii, Merckia physodes, Cardainine hyperborea.

Кустарниковая растительность не поднимается над долиной, и издали видна только обширная тундровая равнина, переходящая в шлейфы предгорий хребта Золотой.

В заключение характеристики увалисто-равнинного ландшафта в окрестностях пос. Шахтерский остановимся кратко на приморских галечниках. Обширные пляжи и косы отсутствуют. Ограничиваемые приморскими склонами галечники тянутся узкой полосой. Они подвергаются действию прибоя, и растительность на них имеется лишь по внешнему краю, представленная в основном волоснедовыми (Leymus villosissimus), реже вейниковыми (Calamagrostis Iangsdorffii) луговинами. В составе этих луговин найлены специфические бореальные виды Iris setosa и Galium trifidum.

Лайды имеются близ поселка, где к заливу выходит равнина между гряд Нерпичья и Гребешки. Флористически эти лайды ничем не примечательны. Сплошной ковер создают Carex subspathacea, Calamagrostis deschampsioides, Puccinellia phryganodes. Здесь растут также Potentilla egedii, P. fragiformis, Cochlearia arctica, Puccinellia tenella, Dendranthema hultenii. Лайдовые озерки зарастают Hippuris fetraphylla и Arctophila fulva.

Приморская равнина низовий p. Волчья и Тавайваам, рассматриваемая нами в качестве особого ландшафтного района, представляет собой обширную морскую террасу, возвышающуюся над заливом на 2—3 м. По-видимому, терраса затоплялась морем даже в голоцене, и с тех пор на ней сохранились группировки и сообщества голофитов.

Терраса покрыта множеством аласов с озерами. В целом растительность здесь болотная; распространены осочники, пушичники, на возвышенных местах — вполне обычные для незасоленных мест куста рннчково-осоково-моховые сухие болота с морошкой и тощей березкой. Salix fusceseens массова в самых разных сообществах, особенно на днищах аласов, на участках с разреженной растительностью, где очень обильны Saxifraga exilis, Rumex arcticus, Senecio congestus.

Солоноватые обводненные канавки на днищах аласов покрываются Carex cryptocarpa, которая растет также на болотистых террасах р. Волчья с Dupontia fischeri, Carex mackensii, Cochlearia arctica и другими галофитами; основу же растительности создает Carex stns.

Севернее р. Волчья ландшафт испытывает очень слабое поднятие, переходя в увалисто-аласную равнину. Здесь — царство болот и сырых тундр, но имеются отмершие широкие долинки ручьев и небольшие речки. В этих укрытых местоположениях, включая и сухие участки аласов, развиваются ивняки из Salix alaxensis (до 2 м высотой) или S. krylovii. Заметно, что мощность снегового покрова регулирует размещение кустарников. В летнее время здесь также проявляется действие закона Воейкова, т. е. впадины имеют более континентальный режим среды, чем возвышенности.